Статьи о Рудольфе Нурееве
«Беззаконная комета...»
Уже год, как нет Рудольфа Нуриева... (ред.
статья написана в 1994 г)
Конец целой эпохи, в которой «Рудольф Великолепный» задавал эстетический
тон. И не только в театре, хотя балетный мир, зрители прозвали
его «богом танца», отдавая дань не одному мастерству, но и человеческой
сути. Стать равным богам Нуриев всегда стремился: для него это
означало всегда делать то, что хочется, и на сцене и в жизни. И
делать лучше всех.
Стихийный язычник, брызжущий избытком жизненных сил, великий стилист,
ниспровергатель правил. Впрочем, одни правила Нуриев все же признавал:
идеальность классических па, высший пилотаж балета. Оттого так
красив был его танец, что он не думал о виртуозности, она давалась
ему шутя. После громкой политической сенсации - остался на Западе!
- Нуриев очень скоро заставил забыть о политике и вспомнить об
искусстве. И легко вписался в тамошнюю жизнь. По складу Нуриев
- «сёлф-мейд мен», человек, сделавший себя сам, покоритель обстоятельств.
Он жадно впитывал возможности, упущенные за годы принудительного
репертуара в Кировском театре, доказывая миру - ему подвластно
все. Работа - по шесть часов в день у станка, по восемь спектаклей
в неделю. Запад дал ему возможность приложить талант ко всему,
но и он дал Западу фантастическую маэстрию русской школы и своей
выучки.
Нуриев победно несся по планете в вихре своих фантастических прыжков,
в неистовстве пируэтов. Утонченный романтизм старинных балетов
и магически-сексуальное танго из фильма «Валентино», крутой стэп
и авангардистские изломы. И вдруг роль Башмачкина в спектакле по
гоголевской «Шинели» Критика сравнивала его с Чаплиным .
Сын советского офицера (ред. политрука
Советской Армии),
рожденный в поезде во время бесчисленных переездов семьи; юный
вундеркинд Ленинградского училища (ред. Нурееву
исполнилось уже 17 лет, когда он поступил в училище), о
котором восторженно шептались знатоки; «буйная головушка» труппы,
доводившая до отчаяния кагэбэшников, надзирающих за артистами на
зарубежных гастролях. Ночные кутежи и адский труд, невыносимый
характер и гениальное тело. Всегда в толпе, в центре внимания -
и всегда один. И загадочен. Так он ощущал себя, так воспринимался
публикой. Что-то такое бросалось в глаза при первом взгляде на
это почти скифское лицо с раскосыми глазами - одинокий волк, гений
байронического стиля, с сардонической, слегка утомленной улыбкой.
Опера и балет на Западе сейчас в моде. Популярность Паваротти
сравнивают с битломанией 60-х годов, Барышникова любой американец
зовет «Мишей», а записи классики расходятся лучше поп-хитов. Нуриев
был в числе первых из тех художников, что сумели приблизить элитарное
искусство к миллионам. Он показал истинное значение слова «традиция»
от итальянского «tradittc» - передача, предание. Условный пластический
жест Нуриев сделал интимным, обращенным к каждому. И его танцем
восхищались очень разные люди. Его любили Великая княгиня Леонида
Георгиевна Романова и американские домохозяйки из глубинки. Его
называл кумиром Фредди Меркьюри. Они были дружны в жизни и схожи
по судьбе - великие в своем деле, идолы толпы, не признававшие
границ своей свободы, оба «кормили публику с ладони, как воробьев».
Эгоцентрики, радующие весь мир, победители жизни, сломленные ею.
Когда горишь ярко, сгораешь быстро. (ред.
реальных источников, подтверждающих дружбу Нуреева и Меркьюри,
не существует.)
Майя КРЫЛОВА
Интервью с Рудольфом Нуреевым
Статьи |
